Публий Овидий Назон
Рефераты >> Искусство и культура >> Публий Овидий Назон

Сравнения из области природы и быта Овидий употребляет реже: они безэмоциональны, они помогают понять, но не почувствовать то, что хочет сказать поэт. Чаще всего они появляются при наименее привычной из овидиевских тем — теме одинокого страдания. Как солнце точит снег, море — камни, ржавчина — железо, червь — дерево, так изгнание точит душу. Сравнения из области мифологии у Овидия неизмеримо многочислен­нее. Они привлекательны для него тем, что это, так сказать, уже не сырье, а полуфабрикат, они входят не просто в сознание, а в эстетическое сознание читателя, они не только несут понимание, но и возбуждают со­чувствие и, что всего важнее, ощущаются как красота.

Итак, Овидий прожил в ссылке десять лет. Но все стихи, о которых мы до сих пор говорили,— пять книг «Скорбных элегий», три первые книги «Писем с Понта» и «Ибис» — написаны в первое пятилетие — до 14 г. н. э. Затем происходит перелом. Творчество Овидия отчасти иссякает, отчасти меняется — как по настроению, так и по форме.

Переработка «Фастов» связывалась для Овидия с последней надеж­дой на возвращение из ссылки. В 17 г. Германик завершил успокоение западной границы, отпраздновал долгожданный триумф над Германией и должен был на следующий год отправиться наводить порядок в вос­точных областях империи. Путь его лежал через Фракию, край Овидиевой ссылки; сам поэт и оратор, всех привлекавший благородством и снисходительностью, Германик не мог не чтить Овидия. Овидий решил поднести ему «Фасты» с посвящением. Посвящение было уже написано и вставлено в начало поэмы (в замену прежнего, обращенного к Авгус­ту), но закончить работу Овидий не успел. Ему было уже шестьдесят лет, ссылка изнурила его; в конце 17 или начале 18 г. н. э. он умер. Его похоронили в Томах; так и последнее его желание, «чтобы на юг перенесли его тоскующие кости», не сбылось.

Третий период творчества

На протяжении третьего периода творчества блеск художественного таланта Овидия, легкость его рассказов, утонченность и изощренность его художественного стиля не могли не померкнуть из-за ссылки поэта, когда вместо блестящей жизни в столице он оказался в самой отдаленной части империи, среди полудиких варваров, не знакомых не только со столичной обстановкой, но даже и с латинским языком. Главными произведениями этого периода являются у Овидия «Скорбные песни» и «Письма с Понта». Первое из указанных произведений состоит из пяти книг элегических двустиший. Из первой книги особенной известностью пользуются элегии 2 и 4, где содержится описание бури во время плавания Овидия на место своей ссылки, и элегия 3 с описанием прощальной ночи в Риме. Все эти элегии Овидия резко отличаются от его предыдущих произведений искренностью тона, глубоким душевным страданием, чувством безвыходности и катастрофы, сердечными излияниями. Остальные элегии первой книги обращены к римским друзьям и к жене и содержат горькие сетования на свою судьбу.

Вторая книга – сплошное жалобное моление к Августу о помиловании. Последние три книги посвящены тяжелым размышлениям о собственной судьбе в изгнании, просьбам о помиловании, обращениям к друзьям и жене за помощью и некоторым мыслям о своем прошлом и своем творчестве. Обычно отмечается элегия (6, 10), посвященная автобиографии поэта, откуда мы узнали о месте его рождения, об отце, брате, об его трех браках, дочери. О ранней склонности к поэтическому творчеству и нерасположенности к служебным занятиям.

К последнему периоду творчества Овидия относятся также произведения «Ибис», «рыбная ловля» и «Орешник» – произведения либо малоинтересные в истороко-литературном отношении, либо незаконченные, либо сомнительные в смысле авторства Овидия. Однако, давая общую характеристику последнего периода творчества Овидия, нельзя быть строгим к поэту за однообразие тона его произведений и слишком частые просьбы о помиловании.

Об Овидии распространено мнение, что он не отличался глубиной, не был мыслителем. Но он и не претендовал быть Лукрецием или Марком Аврелием. Его постижение жизни шло художническим путем. Было бы несправедливо считать его поверхностным, особенно когда дело касается душевных переживаний, сферы эмоций. Кроме того, уже в «Amores» Овидий отдал дань и нелюбовной тематике. Трогательна и торжественна элегия на смерть Тибулла; особо стоит и элегия 13-я книги III с ее простым, но таким чудесным описание целомудренно-патриархального праздества в честь Юноны в одном из маленьких нагорных городков Лациума.

Оценка творчества Овидия

В том огромном влиянии, какое оказал Овидий на последующию европейскую литертуру, немалое место занимают оменно “Amores”. Трудно было бы перечислить все отклики мотивов, ситуаций, отдельных выражений из этой книги в мировой поэзии. Многим и многим обязаны Овидию поэты средневековья, особенно в период XI-XIII веков, который иногда называют «овидианским». Данте считает Овидия следующим великим поэтом после Гомера, Горация и, конечно, Вергилия, в уста которого вложена эта оценка. Стихотворцы Возрожденья, и не только те, что писали на «мертвом» латинском языке, широко пользовались мотивами источника и эротические поэты XVIII.

Кроме того, Овидий – автор многих высказываний, которые стали крылатыми. Например:

- Artes molliunt mores.

Искусства смягчают нравы.

- Parva leves capiunt animos.

Мелочи прельщают легкомысленных.

- Leve fit, quod bene fertur onus.

Груз становится легким, когда несешь его с покорностью.

- Ut desint vires, tamen est laudanda voluntas.

Пусть не хватает сил, но желание все же похвально.

- Fas est et ab hoste doceri.

Учиться дозволено и у врага.

У нас Овидия особенно ценил Пушкин. С его способностью проникать в самую суть человеческих душ, он понял и высокую человечность римского поэта. Старый цыган передает Алеко наивный рассказ о поэте-изгнаннике. Этот рассказ общеизвестен. Но вслушаемся в пушкинские строки:

Он был уже летами стар,

Но млад и жив душой незлобной;

Имел они песен дивный дар

И голос, шуму вод подобный.

И полюбили все его;

И жил он на берегах Дуная,

Не обижая никого,

Людей рассказами пленяя…

Как о беспомощном младенце, говорит предание, заботились о нем даже дикие варвары:

Как мерзла быстрая река,

И зимни вихри бушевали –

Пушистой кожей покрывали

Они святого старика…

Не «безнравственным малым», а «святым стариком» назвала его, в лице Пушкина, народная память.

Список использованной литературы:

1. Публий Овидий Назон., «Amores», М., с.201

2. Публий Овидий Назон., Скорбные элегии. Письма с Понта., Идательство «Наука», М., 1978 г., с. 270

3. К. П. Полонская. Римские поэты эпохи принципата Августа. Издательство Московского университета, М., 1963 г., с. 106

4. Словарь античности, М., 1990 г.

5. И. В. Чистяков. Римские писатели. М., 1986 г.


Страница: