Маргарет Тэтчер

8. Усиление роли Тетчер в международных делах. Ее поддержка процессов перестройки в СССР.

Все это, разумеется, было известно советским дипломатам. Но мы должны были учитывать и другие факторы. Усиление роли Тетчер в международных делах. Ее поддержка процессов перестройки в СССР. Ее активные усилия поддержать перед ли­дерами Запада Горбачева и его идеи. Все это подчас как бы отодвигало на второй план процессы, происходившие внутри партии консерваторов.

”Очень грустно, что это произошло . Но я убе­жден, что эта перемена не повлияет на нашу политику дружбы и поддержки реформ и перестройки в СССР".

"Я тоже так думаю — согласился с Хэрдом Шеварднадзе. — Смена британского премьера обсуждалась в советском руковод­стве. Мы пришли к выводу, что основные направления деятель­ности вашего правительства останутся стабильными"[2].

22 ноября по поручению Горбачева посольство направило на Даунинг Стрит следующую телеграмму:

"Дорогая Маргарет! Только что узнал о Вашем решении по­кинуть пост лидера партии и премьер-министра Великобрита­нии. С чувством большой теплоты и глубокого удовлетворения я вспоминаю все наши деловые беседы, которые сыграли столь большую роль в развитии отношений между Советским Сою­зом и Великобританией. Я высоко ценю сложившиеся между нами отношения взаимопонимания по многим вопросам. Для меня символично и то, что моя международная деятельность практически началась с бесед, состоявшихся у нас еще в 1984 году.

Каждому политическому деятелю современность и будущее дают свои оценки. У меня нет сомнений, что в историю Великобритании, мирового сообщества Вы внесли огромный вклад политик.

Надеюсь на продолжение наших дружеских встреч. Раиса Максимовна присоединяется ко всем моим добрым словам в Ваш адрес. Передаем теплые приветы Денису. С уважением,

М. Горбачев"

Два месяца спустя Маргарет Тетчер дала знать, что хотела бы встретиться с послом Замятиным. Эта встреча произошла в нашем посольстве. Тетчер и ее супруг Денис приехали на "семейный обед". Был на этом обеде и долголетний помощник экс-премьера Чарльз Пауэл. Эрудит, хорошо знающий международные дела, знающий прочные связи с большим бизнесом, знающий и любящий Россию. Обед проходил в так называемой золотой гостиной — той самой, где чаще всего проводились встречи Тетчер и Горбачева. Интересная, содержательная беседа была за этим обедом! Нет, Тетчер не говорила о своей отставке. Ее тревожили дела у Горбачева. Она живо, со знанием дела интересовалась, происходит в России. Ее всерьез волновали последствия трагических событий в Вильнюсе и Риге. "Неужели эти события происходят с ведома Горбачева? спрашивала она. — Ведь они, события — черное пятно на советской перестройке. Понимаю, что подача данных событий по телевидению могла быть слишком эмоциональной. Но, так или иначе, мы видели телекадры о том, как стреляют в людей. Это просто ужасно. Надеюсь, такое развитие дел — не выбор Горбачева. Не могу представить его в роли диктатора".

Замятин стремился ответить на ее вопросы. Но ее волнение не уменьшалось, она возвращалась к поднятой ею теме вновь и вновь.

9. Активное участие Тетчер в поддержки перед лидерами Запада Горбачева и его идеи.

На следующей встрече М. Тетчер рассказала о своей поездке в Вашингтон и о разговоре с Бушем.

М. Тетчер: В свою бытность премьер-министром я вы­ступала за предоставление Советскому Союзу ассоциированно­го статуса на встречах "большой семерки". Во время недавней встречи с президентом Бушем я вновь высказала эту мысль. Буш медлит с ответом. Главное опасение США и некоторых дру­гих входящих в эту группу стран состоит в том, что предоста­вление Советскому Союзу крупных кредитов до осуществления в стране экономических реформ приведет лишь к их безвозвратной потере. Здесь уже имеется печальный опыт нашего взаимодей­ствия со многими странами Восточной Европы, когда нам при­шлось списать значительную часть предоставленных им креди­тов, поскольку они утекли через каналы черного рынка и оказа­лись абсолютно непродуктивными.

В настоящий момент "семерка" и связанные с ней между­народные финансовые организации, в первую очередь МВФ при­держиваются такой позиции: что какие-либо кредиты станут возможными, когда рыночная экономика пойдет по ее Законам лишь полным ходом. Предостерегаю вас от того, чтобы возла­гать слишком большие надежды на оказание такой помощи. Ко­нечно, ваше появление на заседании "семерки" позволит полнее охарактеризовать предпринимаемые в Советском Союзе шаги по осуществлению глубоких экономических реформ, переходу к рыночной экономике, сообщить о трудностях, с которыми вы неожиданно столкнулись. Можно было бы охарактеризовать и те минимальные потребности страны, удовлетворить которые можно с помощью Запада, подчеркнув при этом мысль, что ре­формы в СССР отвечают не только его собственным интересам, но и интересам всего мира. Но еще раз хочу подчеркнуть — не надо просить новых займов до принятия соответствующего законодательства, до того, как процесс экономических преобра­зований обретет полную силу[3].

Горбачев выслушал этот не слишком-то приятный для него монолог достаточно спокойно.

— Да, у нас уже есть горький опыт слишком больших ожида­ний, которые потом по различным причинам не оправдывают­ся, — сказал он. — Да и люди не довольствуются обещаниями, хотят и ждут какого-то облегчения их жизни уже сейчас, сего­дня. Но мы не просим о бесплатной помощи. Мы хотим, чтобы эта помощь была оказана на определенных, выгодных для всех условиях. Страна находится на критическом этапе развития, где происходит смена всей системы политических и экономических связей. То, что мы делаем сейчас — крупнейший поворот всю историю XX века, пожалуй, даже более значительный, чем Октябрьская революция. Если западные политики, которые считают, что они мыслят широкими категориями, упустят представившиеся возможности, поддадутся конъюнктурным соображениям, это негативно скажется на тех решениях, которые им предстоит принимать завтра и в последующем . Что же касается кредитов, то не вижу здесь ничего экстраординарного: кредиты — обычная вещь, применяемая при финансировании инвестиций и торговли. До сих пор Дж. Бейкер сохранял линию на сотрудничество с нами. Но он, да и не только он, судя по всему, находится под ощутимым давлением консервативных сил, которые считают, что ни перестройка, ни авторитет Горбачева не отвечают интересам США. Такая позиция опасна. Если мыслить подобными категориями, не удастся вый-

на прорыв.

Рассказал Горбачев Тетчер и о заседании Верховного Совета ноябре 1990 года — том самом заседании, на котором депутаты потребовали от президента выступить с докладом о положение в стране. Он, как известно, выступил с таким докладом, но предложенные им меры были расценены большинством депута­та как недостаточные, Горбачев подготовил еще одно выступление, и оно получило поддержку. Уходя от сверхцентрализации, мы не должны допустить дезинтеграции, — говорил в этой связи Горбачев. — Нам надо перегруппировать силы и действовать в интересах стабилизации. Для того чтобы динамично вести процесс реформ, двигаться к рынку, в ближайшие месяцы придется закрепить власть. И я должен это сделать. Иначе это сделает кой-то сумасшедший. Нужны решительные, может быть, рез­кие действия ."


Страница: