Суворов Александр Васильевич, его жизнь и деятельность
Рефераты >> История >> Суворов Александр Васильевич, его жизнь и деятельность

Австрия больше всех была обязана Суворову — и игнорировала его заслуги. Даже и для кричащей победы при Нови не было исключения. Венский кабинет не только отнесся к ней со своей обычной напускной холодностью, но сделал даже и возмутительную дерзость, послав Суворову «повеление», в котором доказывалась «бесцельность» победы при Нови. Это сделано с целью оскорбить Суворова, чтобы скорее избавиться от него, так как его присутствие мешало захвату чужих земель. В этих видах Австрия «подстроила» соглашение союзников, чтобы в Италии оставались только австрийские войска, русские же перешли бы в Швейцарию. Стараясь как можно скорее запрятать русскую армию в Швейцарию, австрийцы, вместе с тем, обставили ее такой системой вероломства и предательства, которая обрекла армию на самые ужасные бедствия во все время пребывания ее в Швейцарии.

Согласно, например, новому распределению союзных войск, в Швейцарию, ранее прибытия туда войск Суворова, должен был вступить корпус Римского-Корсакова (около 30 тысяч человек). Находившиеся же в Швейцарии австрийские войска под начальством эрц-герцога Карла обязаны были вовсе очистить Швейцарию от французов и ни в каком случае не уходить из страны до полного сбора русских войск назначенных в Швейцарию. Но австрийцы провели в Швейцарии все время в бездействии. Едва же успел вступить корпус Корсакова как венский кабинет предписал эрц-герцогу немедленно вывести свои войска из Швейцарии, оставив, таким образом, русский корпус в беспомощном положении перед неприятельской армией около 80 тысяч человек

Войска Суворова получили возможность отправиться 31 августа в Швейцарию к С.-Готарду. Они шли налегке; все же их тяжести были отправлены кружным путем к определенным пунктам. Но, совершенно неожиданно, явилось весьма серьезное затруднение по вине австрийцев. Готовясь к выступлению из Италии, Суворов просил австрийское интендантство снабдить русские войска мулами для горного прохода, так как их было изобилие у австрийцев. Дав мулов только под горную артиллерию, интендантское ведомство уверило, что им сделаны уже должные распоряжения, и мулы будут ожидать русских в Белинцоне. Назначив атаку С.-Готарда на 8 сентября, Суворов намеревался быть на месте 6 сентября. Но, прибыв форсированным маршем в Таверну 4 сентября, он был до крайности оскорблен и поражен известием, что вместо ожидавшихся 1430 мулов — ни одного . Наконец пришло несколько сот мулов, но и те были законтрактованы только до Белинцоны, так что их пришлось переконтрактовать на весь поход, то есть платить столько, сколько пожелают погонщики. Потом еще прибавилось несколько сот мулов. В путь можно было тронуться только утром 10 сентября, то есть на два дня позже срока, назначенного для атаки С.-Готарда. Потеря же каждого часа болезненно отзывалась в душе Суворова, мучительно трепетавшего за судьбу войск, попавших по недоразумению в Швейцарию раньше времени. Между тем и весь последующий его путь представлял собой сплошное препятствие самой крайней степени, притом опять-таки всецело по вине австрийцев.

В середине сентября 1799 г. русские достигли С.-Готарда и решительно атаковали французов Часть суворовских войск в обход позиций неприятеля повел П.И. Багатион. Дружный натиск сбил французов с перевала, и они поспешно наступили. При этом французы пытались разрушить мост через горную реку, который висел над страшной пропастью и поэтому получил название Чертова моста. Наступил один из самых драматических моментов швейцарского похода.

Суворов приказал под огнем неприятеля восстановить разрушенный пролет моста. В дело пошли бревна и доски стоявшего неподалеку сарая. Вновь русские устремились вперед, преодолев и эту преграду. А далее опять громады гор, отвесные обледенелые утесы, узкие тропинки и многократно превосходящий противник, в любой момент готовый нанести удар. Иссякли скудные запасы продовольствия, стал ощущаться недостаток патронов. Но Суворов, показывая личный пример мужества и самоотверженности, вел свои войска на прорыв. Позже он имел все основания сказать: «Русский штык прорвался сквозь Альпы».

Когда, преодолев очередной горный переход, Суворов привел свои войска в Муттенскую долину, стало известно, что корпус Римского-Корсакова и австрийские части разбиты и отступили. Идти на соединение было не с кем. Нависла угроза окружения суворовских войск. На военном совете Суворов предложил пробиться или погибнуть: «Идти назад постыдно: никогда еще не отступал я…Помощи нам ждать не от кого. Мы на краю гибели…Теперь остается надежда на храбрость и самоотвержение моих войск. Мы – русские!» Два дня кипело ожесточенное сражение. Все атаки французов были отбиты. Русские сами перешли в наступление и обратили неприятеля в бегство.

Предстояло одолеть труднодоступный хребет Паникс. Наступившие холода, пронизывающий ветер, глубокий снег до крайности осложняли передвижение войск. Карабкаясь по горным кручам, суворовские солдаты шли вперед, отбивая атаки французов. Умело и храбро действовал отряд П.И. Багратиона, прикрывавший главные силы.

Наконец Суворов спустился в долину верхнего Рейна. Швейцарский поход закончился

В конце 1799 г. ПавелI, возмущенный своекрыстной политикой Англии и Австрии, заключил союз с Францией. Русские войска двинулись на родину.

В общем же итоге, таким образом, весь многострадальный путь русских через Швейцарию — славный победный Путь, беспримерный в истории, заслуживающий тем большего внимания, что решительно все, начиная с природы и кончая людьми, было против армии Суворова, не благоприятствовало ей. Несмотря на явную противоестественность условий этой кампании, Суворов потерял из всего состава армии лишь третью часть ее, то есть столько, сколько уносит иногда одна битва. Таким образом, хотя Суворов не достиг той цели, которая имелась в виду при его отправлении на театр войны, но он достиг кое-чего даже большего. Обстоятельства так сложились, что он должен был погибнуть вместе со всею русскою армиею; а между тем, он спас ее при обстоятельствах совершенно безнадежных,— спас именно как армию непобедимую во все время этой беспримерно бедственной и беспримерно же славной кампании . Это — венец его военного дарования, блестящее подтверждение всей его военной теории

В это время Павел относился к нему внимательно и милостиво. В Петербурге же подготовлялся триумф в честь генералиссимуса о чем весть за вестью неслась в Кобрин. Для Суворова были отведены комнаты в Зимнем дворце. В Гатчине должен встретить его флигель-адъютант с письмом от государя. Придворные кареты высылаются до Нарвы. Войска выстроить шпалерами по обеим сторонам улиц и далеко за заставою столицы. Они должны встретить генералиссимуса барабанным боем, криками «ура», пушечной пальбою, при колокольном звоне. Вечером — иллюминация всей столицы.

Однко, Суворова ждал жесточайший удар. При пароле 20 марта 1800 года было объявлено в Петербурге высочайшее повеление:

«Вопреки высочайше изданного устава, генералиссимус князь Суворов имел при корпусе своем, по старому обычаю, непременного дежурного генерала, что и дается на замечание всей армии».


Страница: