Исламский радикализм в Саудовской Аравии
Рефераты >> Политология >> Исламский радикализм в Саудовской Аравии

18 марта 2003 г. прибывший на место взрыва в доме в эр-риядском квартале Эль-Джазира отряд сотрудников государственной безопасности был неожиданно обстрелян. Стреляли не только по ним, но и по собравшимся около дома зевакам и по соседним зданиям, – скрывавшиеся в доме «намеренно пытались нанести ущерб кварталу и его жителям». Дальнейшее описание происшествия создавало впечатление давно известного, неоднократно случавшегося в других странах и в другие эпохи. Конечно, в этом описании появлялись новые детали, определявшиеся необратимым техническим прогрессом, местной традицией и климатическими условиями, но эти детали не меняли главного – поведения людей, сражающихся с властью.

Подавив сопротивление, полиция вошла в дом, «пропахший порохом» и «полный мух». Там было «все, что необходимо для производства мощной взрывчатки, запасы тротила, гранаты, автоматы, пистолеты, ящики с боеприпасами, сотовые телефоны, фальшивые удостоверения личности» и «значительная сумма денег». В доме работал «бомбист», – он-то и взорвался, пытаясь разобрать гранату. Ему было восемнадцать лет. Соседи не могли сказать о нем ничего предосудительного. Напротив, он казался им образцом, которому многие его сверстники должны были бы подражать, – этот молодой человек усердно посещал квартальную мечеть. «Бомбист» погиб, но в доме остались его друзья, которые и открыли огонь по мирным людям. События в квартале Аль-Джазира заставили саудовское общество испытать шок, – его патриархальность не выглядела более, как непреодолимое препятствие для «преступных идей». Эти идеи «вошли в дома и в кружки при мечетях, где изучается Благородный Коран».

Спустя почти год после событий в квартале Аль-Джазира издающаяся в Лондоне газета «Аль-Хаят», комментируя ситуацию в королевстве, была далека от оптимизма: в течение истекшего времени в королевстве «не прекращались кровавые события, жертвами которых стали десятки саудовских граждан и иностранцев». Да, разумеется, силы саудовской безопасности «преследуют и захватывают террористов». Но, как правило, преследуемые «все чаще применяют оружие». Ясно, что «сценарий событий, похожих на те, которые произошли в Эль-Джазире, развивается». Террор вошел в повседневную жизнь королевства – в мае и в ноябре 2003 г. произошли крупнейшие акции террористов в эр-риядских кварталах Эль-Хамра и Эль-Махья. Однако террористические акции не ограничивались только столицей. Полиция обнаруживала их исполнителей в «святых» Мекке и Медине, в Джидде, Хайле, Эль-Кусейме, в небольших провинциальных городах. Повсюду в стране «просыпались спящие ячейки террористов», которые саудовские власти ассоциировали с организацией Аль-Каида.

Сценарий действительно развивался. Подразделения саудовской полиции и государственной безопасности более не выглядели как сторона, ведущая наступление, в равной мере наступательная тактика отличала и их противников (среди которых впервые в истории королевства появились и женщины). Взрыв одного из зданий службы безопасности (где помещалась инспекция автомобильного движения) в столичном квартале Эль-Вашм в апреле 2004 г., а также представительства посреднической компании в порту Янбо (побережье Красного моря) и захват иностранных заложников (в основном арабского происхождения) в жилых кварталах Эль-Хубара (Восточная провинция) в начале и конце мае того же года, соответственно, это ясно доказывал. Неуклонно росло и число жертв террористических акций: по официальным саудовским данным, в период между маем 2003 г. и маем 2004 г. (включая и события в Эль-Хубаре) погиб 101 чел. В своем большинстве это были выходцы из арабских и мусульманских стран, а также саудовские полицейские и представители службы государственной безопасности.

Комментируя разворачивающуюся в королевстве антитеррористическую кампанию, саудовский министр внутренних дел принц Наеф бен Абдель Азиз подчеркивал, что «служба безопасности сорвала десятки планов, которые террористы предполагали осуществить». Если бы, отмечал он, «эти планы были реализованы, то число их жертв намного превысило бы последствия взрывов в Эль-Махья и здании инспекции автомобильного движения». Даже если, как подчеркивали саудовские специалисты по вопросам безопасности, «акции террористов» и «совершаются вслепую», их действия, тем не менее, «взаимосвязаны, а осуществляемые небольшими группами передвижения согласованы».

Террористы постепенно меняли основное направление своих ударов. Если еще в недавнем прошлом основной целью их действий были граждане и представительства западных стран, то отныне (что вовсе не означало, как показали события в Янбо и Эль-Хубаре, что первая цель уходит в небытие) ею в равной мере становились сотрудники саудовских карательных органов. Террор приобретал все более четко выраженный антигосударственный характер, и это его новое качество более не вызывало сомнений.

Публикуя в Интернете сообщение об акции в отношении здания службы безопасности в Эр-Рияде, взявшая на себя ответственность за ее проведение и связанная с организацией Аль-Каида группа «Легионы Двух Святынь Аравийского полуострова (Катаиб Аль-Харамейн фи Джазират аль-араб)» подчеркивала: «Здание было полностью разрушено, а десятки отступников (от религиозной веры – Г.К.) – солдат, офицеров и руководителей этого преступного аппарата – были убиты или ранены. Наша операция, – сообщала далее эта группа, – была направлена против тех, кто попирает святыни мусульман, кто убивает моджахедов, кто бросает в тюрьмы борющихся за чистоту ислама вероучителей и духовно чистую молодежь, против тех, кто нарушает религиозные предписания и борется с высоким духом разума». Сторонники «Легионов» обещали новые «акты возмездия» в отношении тех, кто «проливает кровь героев», и тех, кто «отдает им приказы». Только «такая форма джихада, – подчеркивали они, – излечит наши раны».

Контрэлитарное и апеллирующее к религиозной догме движение стало реальностью Саудовской Аравии еще в 80–90 гг., опираясь, в первую очередь, на развивавшиеся в «среде молодежи обновленческие кружки и объединения». Формированию этого движения «содействовали ежедневные лекции и проповеди в мечетях», а многие его участники реализовывали усвоенные ими «идеи джихада в Афганистане, Боснии и Герцеговине, Чечне, в лагерях организации Аль-Каида и других религиозных группировок». Однако, если в то время его участники претворяли свои идеи в жизнь за пределами королевства, то теперь их деятельность разворачивалась на его территории. Появлялось новое поколение «борцов». «Их ненависть более не была обращена только против Запада, в первую очередь Соединенных Штатов и их европейских союзников, но также и против правительств стран мусульманского мира». Саудовское правительство было одним из них.

Два участника разворачивающейся драмы террористических выступлений это исполнители и вдохновители; молодые люди, стремящиеся проникнуться духом чистой религии, и источник этого духа – улемы, законоучители. Оба поставлены в конкретный исторический контекст – 80–90 годов – времени реализации внутреннего курса, объективно создававшего предпосылки для возникновения феномена саудовского терроризма.


Страница: