Кредиты и банки в США в 19-м веке
Рефераты >> Банковское дело >> Кредиты и банки в США в 19-м веке

Было и еще одно важное отличие – в Америке в 1873, 1893, и 1907 годах (особенно в 1907) имели место значительные по своим масштабам частичные либо полные приостановки денежных выплат, и бумажные деньги ценились выше банковских чеков.

Суть претензии к американской системе эмиссии может быть резюмирована одним словом: неэластичность. Эта система оказалась неспособной реагировать на колебания спроса как сезонного, так и кризисного характера. Приостановки выплат были спровоцированы спросом вкладчиков, пытавшихся получить свои депозиты наличными. Банки заявляли, и не без оснований, что их неплатежеспособность стала прямым следствием проблем с выпуском дополнительных банкнот.

Приостановки выплат, с этой точки зрения, объяснялись просто невозможностью денег сменить свою форму – с текущих счетов, по которым выписывался чек, на банкноты. Это было учтено при попытке поправить ситуацию. В 1900 году был принят ряд мер, направленных на повышение доходности эмиссии. В частности, принят закон, разрешающий банкам выпускать банкноты на все 100% номинальной суммы обеспечения вместо 90%, кроме того, в период после 1900 года в качестве обеспечения вновь разрешалось, как когда-то, использовать не только ценные бумаги федерального, но и муниципального уровня; одновременно налог на эмиссию был снижен с 1% до 0,5%.

Но все эти меры опять служили лишь долгосрочному увеличению масштабов эмиссии без увеличения ее краткосрочной эластичности. Результатом стал просто поступательный рост обращения, составивший в 1900-1907 годах 90% и породивший инфляционный бум тех лет; события же 1907 года наглядно показали, что вновь эта система оказывалась бесполезной в кризисные моменты – неплатежи в этом году продлились 2 месяца.

Следует коснуться проблемы резервирования, точнее, норматива обязательных резервов. Вплоть до 1874 года национальные банки Нью-Йорка должны были хранить в своих сейфах 25% от суммы депозитов и банкнот в форме законных платежных средств. Банки других городов, названных «городами погашения», также должны были хранить 25% в виде резерва, но половина этой суммы могла храниться на депозите в Нью-Йорке, а все прочие банки были обязаны хранить 15-процентные резервы и 3/5 этой суммы могли быть депонированы в уполномоченных банках «городов погашения». После 1874 года резервные требования были пересмотрены и стали относиться лишь к депозитам, а после 1887 года Чикаго и Сент-Луис вместе с Нью-Йорком получили статус «центральных резервных городов».

Официальный минимум резервов был настолько мал, что, в случае паники, спасти банк от ликвидации было крайне сложно.

Банки каждый раз стояли перед дилеммой: либо приостановить выплаты немедленно, либо, насколько это возможно, задействовать собственные резервы, надеясь, что спрос все-таки спадет и приостановка выплат не потребуется. По американским законам банк, уровень резервов которого оказывался ниже разрешенной отметки, был обязан прекратить кредитные операции до тех пор, пока дефицит не будет ликвидирован. Это вынуждало банки прибегать к политике немедленного сокращения кредитов. Естественно, что гораздо более легким выходом из создавшегося положения оказывалась простановка выплат. Эта процедура лишала действенности претензии вкладчиков на депозиты, тем самым, давая банку отсрочку для возврата ранее выданных кредитов; более того, это позволяло банку даже выдавать новые кредиты при условии, что клиенты были готовы принимать платежи чеками, по которым пока еще было возможно где-либо получить наличные.

Приостановка выплат, разумеется, формально означала объявление неплатежеспособности. Однако такие действия были во многих случаях разрешены, а многолетняя традиция массовых приостановок как до, так и после создания национальных банков приучила публику к их полной «законности». (Менялось руководство, накапливались резервы). Таким образом, корень проблемы лежал в эластичности резервной политики.

В самое первое время рядовые банки практиковали депонирование остатков своих балансов (считавшихся наличными деньгами) в банки крупных городов, сохраняя, таким образом, до половины своих суммарных резервов. Благодаря этому банки в «городах погашения», а также в «центральных резервных городах» были отнесены национальным банковским законодательством к особой категории «банк банков». Система резервирования становилась централизованной, приобретала форму пирамиды, и «естественным» образом вырастали квазицентрализованные банковские институты.

Сложившаяся ситуация была признана совершенно неудовлетворительной; так, еще с 1857 года в финансовых кругах постоянно раздавались жалобы на то, что практиковавшееся рядовыми банками вторичное депонирование в банки крупных городов, и в частности, в нью-йоркские, давало нездоровые стимулы спекуляции на фондовой бирже; еще более важным выглядело то, что всякий раз кризис всей финансовой системы возникал, когда рядовые банки оказались как бы заложниками, можно было бы, в конце концов, закрыть глаза, существуй в стране развитая система банковских отделений. Однако ее отсутствие определенно делало ситуацию менее стабильной.

И снова вместо учреждения банковских отделений основной акцент был перенесен на практическую задачу: найти в рамках уже существующей системы рациональный способ использования резервов во время кризиса.

В национальном законе о банках 1864 года последовало официальное признание вторичного депонирования банковскими резервами, разрешавшее рядовым банкам учитывать их при росте минимальных резервов. Еще раньше самими банками предпринимались отдельные попытки скоординировать свои действия; одной из таких попыток было использование так называемого кредитного сертификата клиринговой палаты (The Clearing House Loan Sertificate). В случае, когда клиринговый баланс какого-либо из ее участников оказывался пассивным, он должен был вместо перевода банку-кредитору наличных внести в Ассоциацию клиринговой платы (The Clearing House Association) залог, на основании чего, банку выплачивались кредитные сертификаты клиринговой платы, приносившие довольно высокий доход, от 5 до 10% годовых, которые он держал вместо отданных взаймы балансов. Суть схемы состояла в том, что более сильные банки, чей клиринговый баланс был положительным, должны были как бы кредитовать более слабые – эта идея была направлена против стремления каждого банка улучшить свои позиции за счет других. Без такой договоренности ни один из банков не мог бы безбоязненно расширять свои кредитные операции в ситуации периодически подверженного панике спроса на наличные. Впервые эта система была опробована бостонскими и нью-йоркскими банками в 1860 году. Ее действие сопровождалось тогда соглашением о том, что металлические резервы всех банков-участников рассматриваются в качестве своего рода коллективного фонда (это делалось, чтобы в период паники возможно было использование резервов менее пострадавших банков, такое единение резервов одновременно означало, что банк лишался возможности повлиять на величину «своего» резерва через кредитную рестрикцию).


Страница: