Проблемы Квебека в Канаде
Рефераты >> Геополитика >> Проблемы Квебека в Канаде

В-четвертых, нельзя не сказать и о самом Квебеке. Критикуя сепаратистов, их оппоненты постоянно подчеркивают, что в эпоху глобализации лозунг национального самоопределения звучит довольно архаично. Квебекские политики не прислушиваются к подобным аргументам, и, как представляется, совершенно напрасно. Дело в том, что гипотетическая независимость французской Канады отнюдь не означает, что границы нового территориального образования, в одночасье появившегося на карте мира, полностью совпадут с границами нынешнего Квебека. По словам Стефана Диона, канадского министра по вопросам федеративных отношений, "едва ли кто-то возьмет на себя смелость утверждать, что границы независимого Квебека будут теми же, которые гарантированы сегодня канадской конституцией". Эта провинция довольно неоднородна по своему этническому составу; достаточно сказать, что англоязычные канадцы составляют здесь 12 процентов населения, причем проживают они компактно, образуя довольно крупные анклавы, свободные от французского языка и французской культуры. Если сепаратисты вдруг преуспеют в своих усилиях по развалу страны, английская часть долины реки Оттава, западный Монреаль и английские городки, расположенные на востоке провинции, также поставят вопрос о суверенитете. Об этом, кстати, недвусмысленно заявлялось накануне квебекского референдума 1995 года, когда муниципалитеты с преобладанием английского населения в массовом порядке принимали резолюции, в которых просили федеральное правительство гарантировать их пребывание в составе Канады "несмотря на результаты какого бы то ни было провинциального референдума".

Но это еще не все. Индейцы и эскимосы, которые проживают на территории Квебека, тоже не приемлют идею независимости французской Канады, так как считают, что Оттава более благосклонно относится к их самоуправлению, нежели квебекские власти. "На парламентских выборах и референдумах они, как правило, голосуют за партии, выступающие за сохранение единства Канады, демонстрируя тем самым свою ориентацию на Оттаву. Показательно, что в случае выхода Квебека из состава федерации индейцы собираются поставить вопрос о сохранении территорий своих резерваций в составе Канады". Осенью 1995 года, в ходе голосования о будущем Квебека, коренные жители весьма недвусмысленно заявили о своей позиции: 96,3 процента индейцев и 95 процентов эскимосов, проживающих в провинции, высказались против независимости. Столь бесспорное единодушие позволило канадскому правительству в лице министра по делам коренных народов заявить, что индейцы и эскимосы – не "скот", который можно запросто передавать из-под одной юрисдикции в другую. А в свете того, что они претендуют примерно на 40 процентов территории провинции и именно на их землях расположен крупнейший гидроэнергетический комплекс Квебека, "индейская проблема" сулит квебекским властям немалые неприятности.

Иными словами, как справедливо отмечает Доран, сепаратистам в конце концов придется столкнуться с парадоксом суверенитета: "Если Канада делима, то почему Квебек должен оставаться неделимым? А если Квебек все-таки неделим, то на каком основании сама Канада должна соглашаться на его обособление?". Таким образом, любой непредвзятый анализ канадского кризиса должен принимать во внимание и такую альтернативу, как появление на территории нынешнего Квебека не одного, а нескольких государственных образований. Подобный вариант, естественно, сделает политическое будущее Канады еще более туманным и неопределенным.

Канадская терпимость к сепаратизму.

Итак, неблагоприятные последствия обособления франкоязычной части Канады очевидны. Доведенное до абсурда уважение прав меньшинства грозит вылиться в глубочайшее потрясения жизненных устоев большей части канадцев. Но удивительно то, что канадские исследователи и политики даже не ставят под сомнение целесообразность подобной жертвенности: они наотрез отказываются обсуждать применение силы к сепаратистам. "Так или иначе, но главное решение, по-видимому, уже принято, – пишут в этой связи Алан Фриман и Патрик Грэди. – Квебек, если он того пожелает, имеет право уйти. Терпимость федерального правительства по отношению к сепаратистам отражает состояние национальной души. Сама мысль о применении в Квебеке силы повергает канадцев в ужас".

Канада в этом смысле просто уникальна: в мире, пожалуй, нет других стран, где к сепаратистам относились бы столь же мягко. Они это чувствуют и сполна пользуются этим. "Правительство никогда не пыталось удержать нас от реализации сепаратистских замыслов, – признавал один из бывших лидеров Квебекского блока. – Власти любой другой страны в подобной ситуации наверняка использовали бы собственную версию закона о военном положении или же пошли бы на иные жесткие меры, направленные на поддержание порядка. Но благодаря демократическим институтам того самого государства, которое мы пытались разрушить, наше движение, напротив, получало возможность беспрепятственно делать свое дело". И это действительно так. Балансирование на краю пропасти, особенно остро прочувствованное Канадой в октябре 1995 года, во время последнего референдума в Квебеке, когда лишь небольшая горстка избирателей спасла страну от развала, местные авторы склонны комментировать в духе Толстого и Ганди: "Канадцы ненавидят насилие. Их мнение на этот счет разделяют и квебекцы". Здесь очень любят вспоминать высказывание бывшего премьер-министра Трюдо: "Канада не может и не должна строиться на силе. Государство останется единым лишь в том случае, если его граждане добровольно пожелают жить вместе".

Однозначное отрицание силовых методов лежит в основе главного парадокса канадского федерализма. С одной стороны, никто за исключением самих сепаратистов не спорит с тем, что последствия отделения Квебека будут катастрофическими, с другой – принципы демократии считаются настолько незыблемыми и даже священными, что малейшие сомнения в их разумности кажутся неприличными. Естественно, при таком подходе на первом плане оказываются не столько реальные последствия отделения, сколько его процедурные моменты: обязательное требование солидного большинства в пользу сецессии, недопустимость одностороннего провозглашения независимости, длительный "бракоразводный процесс" с Канадой и так далее. На мой взгляд, в этом преобладании ритуальной стороны дела чувствуется какая-то обреченность: страна уже как бы смирилась со своей судьбой, приготовилась к своей кончине, опустила руки. Но в таком случае остальное – лишь дело времени. Об этом не принято говорить вслух, но многие канадцы действительно считают раскол делом почти решенным. А раз так, то в обозримом будущем Квебек действительно будет потерян; психологическая расслабленность нации, готовность в любую минуту стоически принять "неизбежное", являются главными союзниками сепаратистов.

Одно из объяснений столь странной невозмутимости национального духа заключается в том, что Канада – государство молодое, не познавшее тягот многовековой истории и благодаря этому избавленное от многих комплексов, мучающих, к примеру, Россию. Это государство, не знающее, что значит терять собственные территории, пользующееся привилегией неизменно приятного геополитического соседства, не имеющее глубокой национальной традиции. Из-за всего этого перспектива распада не слишком пугает значительную часть его граждан; точно также ребенок, не понимающий, что такое "плавать", не боится утонуть. Твердо усвоив, наряду с прочими постулатами демократии, далеко не безупречный тезис о праве наций на самоопределение, Канада готова принести себя в жертву абстракции, причем довольно несовременной. Если распад все-таки состоится, это будет уникальный случай гибели процветающего государственного организма во имя нескольких книжных принципов. Любопытно, что в своей преданности демократическим установлениям постоянно заверяют и квебекские лидеры. По словам премьер-министра провинции Люсьена Бушара, "одной из фундаментальных тем, объединяющих Квебек с Канадой, было и остается уважение демократических норм". Впрочем, их позиция, по крайней мере, логична: сепаратистам демократия исключительно выгодна, хотя поддерживать нужную тональность им удается далеко не всегда.


Страница: