Основы кантовской этики
Рефераты >> Этика >> Основы кантовской этики

Нравственный закон Канта - общечеловеческая мораль

В заключение вспомним еще раз основной закон чистого практического разума, сформулированный Кантом, его нравственный закон: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего законодательства». Это закон практического разума, т. е. он имеет силу для всех разумных существ, в том числе и для всех людей. Значит, он имеет по крайней мере общечеловеческое значение, и, значит, этика Канта имеет общечеловеческое значение и нацелена как против индивидуального анархического аморализма, так и против всякого рода «групповых этик» независимо от того, какой принцип кладется в основу таких этик: племенной, национальный, конфессиональный, классовый или какой-нибудь еще. В «Основах метафизики нравственности» Кант пишет: “Но положим, что имеется нечто такое, существование чего само по себе обладает абсолютной ценностью, что как цель сама по себе могло бы быть основанием определенных законов; тогда в нем и только в нем могло бы заключаться основание возможного категорического императива, т. е. практическом закона. – Теперь я утверждаю: человек и вообще всякое разумное существо существует как цель само по себе, а не только как средство, для любого применения со стороны той или другой воли; во всех своих поступках, направленных как на самого себя, так и на другие разумные существа, он всегда должен рассматриваться также как цель”.[90] Человек не должен использоваться только как средство для чего бы то ни было! Это высший принцип гуманизма. И сформулировал его Кант. Но что философ имеет в виду под словом «человек»? Ни в коем случае не отдельного индивида с его зачастую асоциальными капризами, запросами и устремлениями, такого, который вместе с главным героем «Записок из подполья» Достоевского может заявить: “Свету ли провалиться, или вот мне чаю не пить? Я скажу, что свету провалиться, а чтоб мне чай всегда пить”.[91] Борьба Канта с принципом себялюбия и личного счастья – это, в первую очередь, борьба против безнравственного индивидуализма. Но под словом «человек» Кант не имеет в виду также и русского, немца, славянина, арийца, иудея, христианина, аристократа, пролетария. Во всякой групповой морали первенствует понятие враги. На основе этого понятия вырабатываются специфические «доблести», связанные с борьбой с врагами с защитой национальных, классовых и т. п. интересов и идеалов. К врагам при этом относятся даже не как к средству: их вообще исключают из разряда людей и разумных существ. «Если враг не сдается, его уничтожают» – вот кредо групповой морали. Ничего подобного мы не обнаружим в этике Канта. Для него «целью самой по себе» является не представитель той или иной группы людей, а любой человек, но не как индивидуум, а как носитель разума. Кенигсбергский философ представлял себе идеальное общество как лишенное всяческих национальных, религиозных, классовых перегородок «царство целей. В «Основах метафизики нравственности» написано: “Понятие каждого разумного существа, обязанного смотреть на себя, как на устанавливающее через все максимы своей воли всеобщие законы, чтобы с этой Точки зрения судить о самом себе и о своих поступках, приводит к другому связанному с ним очень плодотворному понятию, а именно к понятию царства целей”.[92] Что оно собой представляет? “Под царством же я понимаю систематическую связь между различными разумными существами через общие им законы. А так как законы определяют цели согласно своей общезначимости, то, если отвлечься от индивидуальных различий между разумными существами, равно как и от всего содержания их частных целей, можно мыслить целое всех целей (и разумных существ как целей самих по себе, и собственных целей, которые каждое из них может ставить самому себе) в систематической связи, т. е. царство целей, которое возможно согласно вышеуказанным принципам. – В самом деле, все разумные существа подчинены закону, по которому каждое из них должно обращаться с самим собой и со всеми другими не только как со средством, но также как с целью самой по себе. Но отсюда возникает систематическая связь разумных существ через общие им объективные законы, т. е. царство, которое благодаря тому, что эти законы имеют в виду как раз отношение этих существ друг к другу как целей и средств, может быть названо царством целей (которое, конечно, есть лишь идеал) “.[93]

Таково идеальное общество в представлении Канта. В нем все Разумные существа, все люди, подчиняются единому нравственному закону, являющемуся в то же время основным законом практического разума. Это значит, что данный закон предписывает всем членам общества действовать так, чтобы при этом не ущемлялось достоинство ни одного из них как разумного существа. Для того чтобы обеспечить данное требование, должен быть выработан кодекс конкретных моральных норм, соответствующих общему нравственному закону и не противоречащих друг другу, таких, чтобы с их помощью любой поступок любого человека мог быть оценен на предмет того, нравственен он или нет. Предполагается, что каждый член общества добровольно налагает на свои поступки такие ограничения, которые обеспечивают ему возможность действовать так, чтобы при этом не страдало достоинство других членов общества. Такое общество, «конечно, есть лишь идеал», и не только потому, что в реальной жизни всегда найдутся люди, действующие неразумно с точки зрения практического разума, т. е. нарушающие те или иные нравственные нормы. Оно пока – лишь идеал еще и потому (и это гораздо важнее), что в реальности ни до Канта, ни после Канта никогда не существовало общечеловеческой морали. Не существует ее и сейчас. Всегда мы имели и имеем дело с «групповыми» моральными кодексами. Не является исключением и библейский декалог. Даже такие его заповеди, как «не убий, «не кради», «не лжесвидетельствуй, суть типичные племенные нормы. В самом деле, их необыкновенно трудно распространить на все человечество: понятно, что не следует убивать, обкрадывать и предавать соплеменников, вообще – своих, наших, но ведь совсем наоборот обстоит дело с врагами, с «чужими». Существуют ли какие-либо конкретные исключительно общечеловеческие нравственные нормы? Я смог найти только один пример явно «антигрупповой» общечеловеческой нравственной нормы. Это евангельская заповедь: “любите врагов ваших”. Любить врагов значит по крайней мере не обманывать, не предавать и не убивать их, т. е. считать их «своими». В парадоксальной форме тут выражена та мысль, что врагов ни у кого не должно быть, что общество должно быть единым и управляться единым моральным законом, а не быть разделенным всевозможными племенными, религиозными и прочими границами. 0 подобном едином всемирном космополитическом обществе людей как разумных существ говорит и Кант: это и есть ем “царство целей”. Осуществимо ли такое царство? Или же это одна из многочисленных утопий? Немногие верят в осуществление кантовского идеала. В частности, Сартр критикует кантовскую этику с той точки зрения, что обще человеческая мораль – это просто иллюзия. Но мне кажется, что тут Сартр не прав, а прав Кант. Его идеал в отношении возникновения общечеловеческой нравственности осуществим, и в не столь уж отдаленном будущем. За последние два века человечество сильно продвинулось вперед по (пусть негладкому) пути создания всемирных коммуникаций, глобальной экономики и общечеловеческой культуры. Есть все основания думать, что по этому пути оно пойдет и впредь с еще большей скоростью. Он приведет, в конце концов, к уничтожению государственных, национальных, классовых, религиозных и прочих антагонизмов таком рода, несмотря на отчаянное сопротивление современных нам расистов, националистов, сепаратистов и антиэкуменистов всех сортов и фасонов. Вот тогда-то и откроется та единая общечеловеческая мораль, которая ныне заслонена разноцветными ширмами многочисленных групповых этик.


Страница: