Синопское Сражение
Рефераты >> История >> Синопское Сражение

На уцелевших турецких судах команды с трудом успевали заделывать пробоины и исправлять повреждения. «Железным штормом» назвал Слейд огонь русской артиллерии, уничтожавшей в Синопской бухте батареи и корабли турецкого флота.

Однако турки продолжали оказывать сопротивление, рассчитывая на помощь из Босфора в самые последние минуты сражения. Против русских кораблей вели огонь неприятельские фрегаты «Фазли-Аллах", «Низамие», корветы «Фейзи-Меабуд», «Неджми-Фешан», пароходы "Таиф», «Эрекли», береговые батареи № 3, 5, 6.

Несмотря на то, что русские корабли начинали артиллерийский поединок с турецкой эскадрой, уже будучи ча­стично поврежденными обстрелом турецкой артиллерии при прорыве на рейд, они полностью сохранили свою боеспособность. Первый же час сражения показал, что диспозиция, разработанная до боя, отлично обеспечивала наиболее целесообразное использование артиллерийских средств русской эскадры. Русские корабли обстреливали противника и бомбическими 68-фунтовыми орудиями и 36- и 24-фунтовыми орудиями. Сообразуясь с расстоя­нием до цели, русские артиллеристы применяли и гранаты, и брандскугели, и картечь. Правильное расположение русских кораблей способствовало организации взаимодействия между ними, удобному выбору целей и не дава­ло возможности противнику скрыться от меткого огня русской артиллерии.

На кораблях был точно выполнен приказ флагмана о выделении офицера на саллинг для корректировки артил­лерийского огня, и первые же выстрелы, произведенные с русских кораблей, показали, что многолетние трениров­ки черноморских моряков не прошли даром: комендоры эскадры вели огонь по противнику так же быстро, слажен­но и метко, как на практических учениях.

В ходе сражения полностью проявились инициатива, находчивость и решительность командиров русских ко­раблей. Наиболее ярким свидетельством их высокого ма­стерства была организация взаимной поддержки в бою. Капитан I ранга Истомин, увидев, что флагманский корабль Нахимова находится под жестоким огнем не­скольких турецких судов, избрал основной мишенью для орудий «Парижа» не правый фланг турецкой боевой ли­нии, против которого он должен был действовать по диспозиции, а корвет «Гюли-Сефид», стоявший против "Императрицы Марии». Только после того, как положение русского флагманского корабля улучшилось в результате уничтожения и выхода из строя трех неприятельских су­дов («Навек-Бахри», «Гюлн-Сефид», «Ауни-Аллах»), Истомин перенес огонь на правый фланг противника. Так же инициативно действовали и Кузнецов, и Микрюков, и другие командиры русских кораблей, перенося огонь своих орудий туда, куда подсказывала обстановка. В ус­ловиях быстротечного боя командиры кораблей моментально улавливали все перипетии сражения, мгновенно реагировали на них и принимали правильные решения.

Непосредственное руководство действиями русский эскадры осуществлялось адмиралом Нахимовым в тече­ние всего сражения. Управление сражением отличалось полным соответствием обстановке, уверенностью и чет­костью. После ранения капитана II ранга Барановского непосредственными исполнителями распоряжений флагмана являлись капитан Иван Некрасов — флаг-штурман эскадры, лейтенант Феофан Острено — старший адъютант адмирала и капитан Яков Морозов—старший артилле­рийский офицер эскадры. Капитан Некрасов, выполняя приказы адмирала, «во время боя оказал примерную храбрость и мужество и под сильными неприятельскими выстрелами завез верп как нельзя было лучше желать». Феофану Острено был вручен план сражения. «Я передал ему, — писал Нахимов, — мой план сражения, и он бы довел его до конца, если б меня не стало». Внимательное и непрерывное наблюдение за турецкими и русскими кораблями, осуществляемое помощниками Нахимова, позволяло адмиралу непосредственно руководить сраженнем и в то же время направлять огонь флагманского корабля.

К началу второго часа сражения расположение рус­ских кораблей не изменилось. Каждый корабль продол­жал непрерывный обстрел противника, по-прежнему ока­зывавшего ожесточенное сопротивление.

Корабль «Чесмаз" после уничтожения неприятельской береговой батареи № 4 меткими прицельными выстрелами продолжал обстрел батареи № 3. Хотя эта батарея находилась на значительном отдалении от центра сраже­ния, тем не менее каленые ядра ее орудий достигали русских кораблей первой колонны. Решение Микрюкова о сосредоточении всего огня именно против этой батареи было исключительно правильно: своим огнем «Чесма» надежно прикрывала корабли «Императрица Мария» и «Константин», которые в это время успешно завершали разгром левого фланга боевой линии турецкой эскадры.

Комендоры «Чесмы» с большим искусством и мастер­ством действовали против турецких позиций. От меткого и непрерывного бомбардирования турецкая батарея те­ряла одно орудие за другим. С «Чесмы» было видно, как осыпаются амбразуры, заваливаются траверзы и блин­дажи на неприятельской батарее. Все реже и реже сле­дуют ответные выстрелы противника, и, наконец, на месте батареи осталась груда земли и железа.

Разгром береговых укреплений усилил панику и в го­роде, и на неприятельской эскадре. Губернатор Синопа Гуссейн-ранзи-паша и комендант береговых батарей постыдно бежали в самом разгаре сражения. Вслед за ними устремились и турецкие солдаты, обслуживавшие ба­тареи.

Командующий эскадрой высоко оценил славную дея­тельность корабля «Чесма» в единоборстве с береговыми укреплениями неприятеля. Многие моряки «Чесмы» во главе с капитаном II ранга Микрюковым были представлены к наградам «за отличную храбрость и мужество во время боя и срытие двух батарей».

После того как фрегат «Навек-Бахри» был взорван и фрегат «Несими-3ефер» выбросился на мель, левый фланг турецкой боевой линии замыкался корветом «Неджми-Фешан». Этот корвет не спускал флага и продолжал непрерывно обстреливать русские корабли, что вынудило Ергомышева избрать его главной мишенью для орудий правого борта «Константина». Сразу же после выхода из строя «Несими-Зефера» корабль «Константин» перенес весь огонь на «Неджми-Фешан», и с каждым выстре­лом русского корабля на неприятельском судне увеличи­валась разрушения. Несколько бомб, пронизав борт турецкого корвета, разорвались во внутренних помещениях и вызвали пожар. Еще через несколько минут снаряд, пу­щенный с «Константина», продырявил наружную обшивку корвета, и через пробоину хлынули потоки воды. Вскоре корвет «Неджми-Фешан» также был отброшен на берег к батарее № 5, и на корабле «В. к. Константин" заиграли отбой.

Флагманский корабль «Императрица Мария» ни на минуту не прекращал обстрела неприятельских судов Фрегат «Фазли-Аллах» подвергся сильнейшему огню русского флагманского корабля сразу же после того, как адмиральский фрегат «Ауни-Аллах» прекратил сопро­тивление и выбросился на берег. От метких выстрелов русских комендоров фрегат «Фазли-Аллах» загорелся и последовал примеру своего флагмана: объятый пламе­нем, он выбросился на берег и стал на мель у стен турец­кой крепости.

Корабли второй колонны нахимовской эскадры закан­чивали разгром правого фланга неприятеля. Корабль «Париж», поворотившись на шпринге, направил свои орудия левого борта против двухдечного фрегата «Низамие", имевшего наиболее сильное артиллерийское вооруже­ние из всех судов неприятельской эскадры.


Страница: