Предпринимательство в издательской деятельности.
Рефераты >> Предпринимательство >> Предпринимательство в издательской деятельности.

Общий политический подъем 60-х годов создал более благо­приятные условия для издания частных газет. Смягчение условий для получения разрешения на издание газеты последовало за «Временными правилами о печати» 1865 года.

Сами «Временные правила» мало что изменили в формальной процедуре приобретения права на новое издание, но в целом они создали более благоприятную обстановку в разрешении этого вопроса. Вот как об этом пишет К. К. Арсеньев: «При действии зако­на 6 апреля 1865 года порядок разрешения новых периодических изданий остался прежний: оно продолжало зависеть всецело от усмотрения министра внутренних дел равно как освобождение или не освобождение вновь основываемого издания от предварительной цензуры. Дискреционной власти министра было предоставлено и утверждение редактора, переход издательских прав из одних рук в другие не требовал соглашения администрации». Тут же, однако, Арсеньев добавляет: «Основание новых газет и журналов не встречало особых препятствий; в течение пяти лет (1865-1869) их разрешено около ста, и многим из них было дано право выхо­дить без предварительной цензуры».

В 1862 году издатели газет получили право на публикацию частных объявлений. А с созданием «Русского телеграфного агент­ства» в 1866 году свежая политическая информация стала предме­том купли и продажи во всероссийском масштабе. Все это приве­ло к резкому увеличению общего количества газет, в процентном отношении их рост обгонял рост журналов: общественно-политичёских газет возникало примерно в два раза больше, чем общест­венно-политических журналов. Н. М. Лисовский, например, сооб­щает, что в 1878 году возникло 5 новых журналов и 10 газет, в 1879 - 7 журналов и 11 газет, в 1880 - 5 журналов и 9 газет, » 1881 году 14 журналов и 28 газет. Затем включаются тормоза реакции, и количество новых изданий начинает уменьшаться, при некотором преобладании, однако, роста газет. В 1882 году поя­вилось 8 новых журналов и 17 газет, в 1883 - 3 журнала и 10 газет, в 1885 - 7 журналов и 9 газет, в 1883 - 4 журнала и 5 газет, в 1890 - 5 журналов и 5 газет, в 1892 - 4 журнала и 6 газет, в 1895 году - 6 журналов и 9 газет.

Сами журналы в этот период писали с нескрываемой тревогой, что «время журналов проходит и наступает новый литературный период газет». Причем, как правило, газеты обладали более широкой читательской ауди­торией. «И в Петербурге, и в Москве некоторые газеты насчиты­вают более 10000 подписчиков, между тем, как ни один журнал не имеет и половины такой подписки». Словом: «Газет­ная эпоха шла навстречу журнальной .».

Если бы появление каждого нового издания не вызвало грима­су раздражения у Победоносцева, если бы в период реакции не усилились преграды на пути организации нового журнала или га­зеты, рост периодической печати был бы более бурным и замет­ным. Хорошо поставленная газета стала прибыльным предприем

Кто же создал-то эту гнусную прессу, столь характерную для восьмидесятых и девяностых годов России, как не он Констан­тин Петрович Победоносцев со своими высоко поставленными орудиями и со своими низкопоклонными помощниками и прислужни­ками? Кто загасил политическую мысль шестидесятых и семидеся­тых годов, убил грубою силою журнал и серьезную газету и бро­сил в публику как суррогат общественного мнения органы безраз­личной информации («большая пресса») и органы просто сплетни и кафешантанной грязи? Кто вырвал периодическую печать из рук Стасюлевичей, Салтыковых, Михайловских, Елисеевых, чтобы об­ратить ее в наложницу сутенеров, сидельцев питейного дома, мо­лодцов кафешантанных, сыщиков или лакеев, угодивших Каткову либо самому Победоносцеву искусным подаванием шубы? Кто низвел печать до такого откупного унижения, что прихлебатели г. Победоносцева, получив через него разрешение на журнал или газету, устраивали потом своеобразные аукционы с вымогательством, какой перекупщик даст больше».

Вывод можно сделать только один: не в силах задержать про­цесс развития буржуазной прессы, лидеры реакции направили этот процесс в одно русло в русло бульварной журналистики. Тем самым реакция способствовала резкому падению нравов в журналистике, усилила отрицательные явления в печати, связан­ные с расцветом в журналистике буржуазного предприниматель

1.2. Новый тип редактора-издателя

Носителями новой нравственности в журналистике были, ес­тественно, разные люди. Что привело их в журналистику 80-х го­дов? Среди множества дорог в буржуазном журналистском мире 80-х годов угадываются столбовые магистрали пути, которыми шли многие. Рассмотрим наиболее характерные из них.

Совершенно неслучайно бывший тапер публичного дома Очи­щенный редактирует в «Пестрых рассказах» Щедрина ассенизационно-любострастную газету «Краса Демидрона». Как всегда, Щедрин сумел выразить самое главное в самой лаконичной фор­ме, это был наиболее характерный путь для издателя бульварной газеты. Человек, познавший дно жизни, бывший лавочник, владелец харчевни, содержатель ночлежки или гостиницы сомни­тельного назначения, вдруг загорался идеей издавать свою газету и скоро добивался успеха на этом пути. Причина успеха корени­лась в отличном знании того нового читательского слоя, на ко­торый это издание ориентировалось и о котором речь пойдет ни­же. Этот новый читатель сначала проходил перед будущим издателем как потребитель материальных благ, удовольствий и развлечений. Для такого потребителя издателю бульварной газеты ничего не стоило составить затем «меню» духовных блюд его вкусы были хорошо изучены. Оборотистость мелкого предприни­мателя, мелкого хозяйчика или просто мелкого жулика-спекулянта также сопутствовала успеху. «Они явились в литературу «на лов­лю счастья» если не за каменными палатами, то за новыми брюками и тому подобными житейскими благами».

Именно таким путем пришел в журналистику 80-х годов Ни­колай Иванович Пастухов, редактор и издатель ежедневной буль­варной газеты «Московский листок», выходившей в Москве с 1 ав­густа 1881 года по январь 1918 года. Малограмотный крестьянин после реформы 1861 года пришел в Москву и основал кабак у Ар­батских ворот. Среди постоянных посетителей кабачка извоз­чиков, мастеровых и бродяг были и бездомные студенты уни­верситета, которым Пастухов по широте своей души иногда давал пристанище. Двое из этих студентов филолог Жеребцов, в бу­дущем провинциальный учитель, и юрист Плевако, в будущем из­вестный русский адвокат, сотрудничали в газете «Русские ведо­мости», вернее подкармливались в ней хроникерской работой. Ка­бак Пастухова они в этом случае использовали по примеру других газетчиков как место собирания городских новостей и место со­ставления заметок. Весь «творческий процесс» по созданию мелкой газетной хроники развертывался на глазах у Пастухова. Этот спо­соб добывания денег понравился Пастухову, и он скоро сам стал искать новости и описывать их, как мог. Его безграмотные замет­ки двое студентов сначала обрабатывали и сдавали в газету за своей подписью. Но скоро Пастухов набил руку и обрел полную самостоятельность. Более того, он стал едва ли не самым опера­тивным московским репортером. Никто лучше Пастухова не был осведомлен о жизни московского купечества, мещанства, об улич­ных скандалах и происшествиях. «Пастухов в «Современных из­вестиях» под псевдонимом «Старый знакомый» каждую субботу писал московский фельетон, где, как тогда говорилось, «прохва­тывал и протаскивал» купца и обывателя, не щадя интимной жизни.


Страница: