Развитие франко-германских отношений в 1960-е гг.
Рефераты >> Международные отношения >> Развитие франко-германских отношений в 1960-е гг.

Движение Западной Германии к разрядке побудило Францию и США к такой же политике (чтобы контролировать Бонн). Париж был обеспокоен за судьбу буфера, отделявшего Францию от ОВД. В этот период французское правительство более осторожно высказывалось по поводу опасностей блоковой системы. Беспокоясь за удержание ФРГ в системе атлантизма и о сохранении американского военного присутствия.

Ко второй половине 1970-х годов советско-американские отношения ухудшились, что тормозило разрядку. Это сближало Париж и Бонн, так как оба были за разрядку (Париж желал стабильности в Европе, а второй понимал невозможность объединения Германии без разрядки).

В начале 1980-х годов ситуация изменилась: Франция опасалась размягчения западногерманского буфера из-за поляризации сил в ФРГ[18]. Как и в 1970-х годах возникли опасения самостоятельного движения ФРГ по пути разрядки. Кроме того, в 1980-х годах в вопросе воссоединения Германии чувствовалась двойственность со стороны СССР и США, так как никто не был уверен в результате процесса воссоединения. При всех недостатках блокового противостояния ситуация в Европе была относительно стабильной, перемены же таили в себе опасности.

1.2 Концепции национальной внешней политики Франции и Германии

Роль Франции в процессе учреждения первых европейских сообществ всегда практически напрямую зависела не только от ее внутреннего положения и внешнеполитической обстановки, но также и от позиции, занимаемой руководителями страны в этих вопросах.

После возникновения Пятой республики в 1958 г. правительство Франции во главе с де Голлем все более решительно стало отходить от ставшей уже традиционной в годы Четвертой республики «политики равнения» на США. Раньше правительств других западных стран оно поняло необходимость пересмотра внешней политики, сложившейся в годы «холодной войны». Первой среди стран Западной Европы Франция вступила на путь освобождения от политической и экономической зависимости от США[19].

Проблема создания Политического союза Европы встала на повестку дня сразу после окончания второй мировой войны; она становилась все более актуальной по мере создания первых европейских сообществ и укрепления интеграционных связей между участниками объединительного процесса. При этом особое значение приобретала проблема политического взаимодействия «больших» и «малых» стран Европейского Сообщества. В этом взаимодействии наиболее ярко проявился весь спектр экономико-политических и военно-стратегических противоречий между разновеликими государствами, приведшими к невозможности учреждения политического объединения в 1960-е гг.[20]

Расклад экономических и военно-политических сил в Европе к началу 1960-х гг. предопределил возможность возникновения новых инициатив по созданию европейского Политического союза. Со стороны стран ЕЭС они были неразрывно связаны с учреждением первых европейских экономических сообществ как базы последующего политического объединения. В указанный период цели «больших» стран «шестерки» лежали преимущественно в русле реализации великодержавных амбиций, а «малых» стран – в укреплении своего суверенитета и значимости при решении общеевропейских проблем. В частности, правительство ФРГ, желая добиться от держав-победительниц полного восстановления германской независимости, поддерживало создание наднациональных европейских сообществ, в которых гарантировалось полное равенство прав их участников. Италия, надеясь получить «достойное место» в Европе, выступала за реализацию военно-политической интеграции стран ЕЭС по федералистской модели. Правительства стран Бенилюкса, постоянно заботясь о нахождении механизма противодействия установлению гегемонии ведущих европейских государств в европейском объединении, были приверженцами наднациональной формы интеграции[21].

Отношение к европейской политической интеграции Великобритании определялось ее желанием войти в ЕЭС и тем самым поддержать свои национальные экономические интересы. Позиция США была связана с их негативной оценкой европейской политической консолидации, ставящей под сомнение необходимость существования НАТО. СССР усматривал в учреждении европейских сообществ попытку создания нового антисоветского блока, являющегося противовесом политическому объединению Германии[22].

Франция не случайно оказалась инициатором европейского политического объединения. Ее экономика к началу 1960-х гг. значительно превышала довоенный уровень. Наряду с сильнейшими мировыми державами она могла претендовать на политическую независимость в проведении своей собственной внешней политики в Европе и мире. Из стран Запада, Франция, первая восстановила самостоятельность в области внешней политики. В этом одна из самых больших заслуг генерала Де Голля.

Французские национальные традиции в выработке подходов к национальной безопасности сходны с американскими в части, касающейся их красочного идеологического оформления. Последнее объясняется “традиционной историко-литературной культурой” французской дипломатии (на внешнеполитической службе состояли Руссо, Вольтер, Шатобриан, Стендаль и др.), а также глубокими революционными традициями страны. В связи с этим, находящиеся в прямой зависимости от политической практики концепции национальной безопасности Франции, фактически, определяются идеологическими установками национальной доктрины.

Среди прочих национальных особенностей формирования политики национальной безопасности можно отметить следующие. Во Франции существует устойчивое внутреннее согласие о том, что страна является великой мировой державой. В этом и состоит голлистская традиция, сформулированная де Голлем как “Франция лишь в том случае является подлинной Францией, если она стоит в первых рядах”[23].

В отличие от многих стран (как например, Великобритания или Испания), Франция не отягощена комплексом вины из-за своего колониального прошлого, что дает ей повод для претензий на глобальную роль в мире, что выражается в стремлении играть роль посредника между ведущими западными странами и государствами “третьего мира”. В отличие от США, Франция никогда не стремилась к одностороннему гегемонизму. Традиционно обеспечение безопасности ею рассматривается посредством равновесия великих держав в рамках многополярного мироустройства. Отсюда и традиционное стремление Франции к проведению гибкой политики балансирования и отказ от каких-либо двусторонних союзов в пользу многосторонних[24].

Франция также рассматривает военные инструменты в качестве основы обеспечения политики безопасности, что находит подтверждение в обособленности (односторонности) в вопросах национальной обороны от НАТО и др. государств Европы, а также в проведении собственной ядерной политики.

В геополитическом плане Франция числит себя не только континентальной и морской державой одновременно, но и уточняет, что является единственной (исключая Испанию) европейской страной, одновременно выходящей к Атлантике и Средиземному морю. Такое положение Франции предопределило и как бы тройственность ее геополитической модели.


Страница: