Политический портрет Лейбы Давыдовича Троцкого
Рефераты >> Исторические личности >> Политический портрет Лейбы Давыдовича Троцкого

Одним из тех, через кого непосредственно осуществ­лялась операция по ликвидации Троцкого, был полков­ник НКВД Н. Эйтингон. Он завербовал мать Меркаде-ра—Каридад, а с ее помощью привлек к «делу» и сына. В 1939 г. в Париже Эйтингон («незнакомец», по показа­ниям Меркадера в мексиканском суде) вручил ему пас­порт на имя канадца Джексона. Паспорт действительно принадлежал гражданину Канады, но югославу по про­исхождению, Бабичу, погибшему в Испании бойцу ин­тербригад. Подделка паспорта была совершена настолько небрежно—в фамилии Jackson пропустили букву «к»,— что остается только гадать, как ни французские, ни американские, ни мексиканские власти не заинтере­совались личностью «канадца» с таким документом и с такой типично южно-европейской внешностью.

Эйтингон через мать Меркадера передал ему 5 ты­сяч долларов для поездки за океан. В день убийства Троцкого Эйтингон и Каридад ждали Меркадера непо­далеку от виллы в Койоакане, готовые вывезти его по отработанному заранее маршруту. Не получилось. Мер­кадер был задержан на месте убийства и предан суду.

Но они не оставили его на произвол судьбы. Сперва помогли с адвокатами, а после того как суд приговорил Меркадера к высшей по мексиканским законам мере на­казания—20 годам заключения, как могли, облегчали ему отбывание срока.

В 60-х годах, после освобождения из тюрьмы, Мер­кадер жил на Кубе, затем в Праге, Москве, потом сно­ва на Кубе. Здесь, в Гаване, как сообщалось в печати, в октябре 1978 г. после почти полутора лет болезни Меркадер умер. Из жизни ушел человек, который мно­гое прояснил бы в убийстве Троцкого. Хотя не исклю­чено, что и он мог не знать всех обстоятельств подготов­ки и организации совершенного им же преступления.

Троцкизм без Троцкого.

Убийство Троцкого не положило конец основан­ному им идейно-политическому течению. И это лишний раз свидетельствует о том, что троцкизм возник не на пустом месте, что были, есть и остаются определенные

предпосылки для его существования. Исследование этих предпосылок — одна из важнейших задач современного исторического познания.

После своего возникновения в 1938 г. IV Интернаци­онал претерпел несколько расколов, и в настоящее время известно по крайней мере несколько группировок, высту­пающих под флагом троцкистского Интернационала. Их сторонники имеются в более чем 60 несоциалистических странах, прежде всего в тех, где сильны традиции мелко­буржуазного радикализма (ряд стран Латинской Амери­ки, Франция, Испания, Италия), где коммунистическим партиям приходится действовать в очень непростых ус­ловиях (США, Великобритания). За последние годы по­явились троцкистские группы в Австралии и Новой Зе­ландии. Общая численность этих групп во всем мире сравнительно невелика—около 100 тысяч человек (не забудем, что в конце 30-х годов троцкистов было не бо­лее 3 тысяч), но влияние троцкистской идеологии неиз­меримо сильнее, чем численность троцкистов. Так, напри­мер, во Франция за кандидатов троцкистских групп на выборах в разные органы власти голосуют от 500 тысяч до одного миллиона избирателей. Та же картина наблю­дается и в некоторых других странах (Великобритания, Перу, Колумбия).

Общим для всех группировок IV Интернационала является стремление вербовать сторонников преимуще­ственно в мелкобуржуазной среде, из представителей городской интеллигенции, в развивающихся странах— крестьянства, студенчества. Предпочтение, отдаваемое троцкистами этим слоям, в особенности студентам и мо­лодежи, понятно, выражая недовольство собственным положением в обществе, они не всегда располагают не­обходимым опытом политической борьбы и могут увле­каться радикальной на первый взгляд идеологией троц­кизма.

В 80-е годы многие троцкистские группы высказыва­ются за перенесение центра тяжести в работе из универ­ситетов на заводы. Например, в ФРГ появилась троц­кистская «Социалистическая рабочая газета», которая объявила себя «свободным органом всего рабочего клас­са Германии».

Троцкисты пытаются использовать женщин-работниц, подвергающихся двойной дискриминации—в отношении оплаты труда и профессионального продвижения. Они ищут подходы и к другим наиболее угнетенным слоям буржуазного общества: неквалифицированным или ма­локвалифицированным рабочим, сельскому пролетариа­ту, иностранным рабочим, безработным ч др. В этих ка­тегориях населения троцкисты видят «широкий слой бое­способных активистов», наиболее расположенных к ус­воению теории «перманентной революции». Ведь всем им свойственно стремление к немедленным переменам, без, ясного представления о путях их достижения и формах борьбы, о главных виновниках их бедственного поло­жения.

Троцкисты обращаются (не всегда безуспешно) и к тем, кто уже прошел определенную школу классовой, политической борьбы, будь то в рядах коммунистических или социалистических партий, профсоюзов, молодежных и антивоенных организаций. «Мы,—считают лидеры «рабочей борьбы»,—переживаем период, когда необхо­димо рекрутировать людей из тех, кто готов бороться за революцию, из сознательных трудящихся, которые на­ходятся пока в рядах коммунистических и социали­стических партий, но недовольны политикой их руковод­ства».

Ведя поиск новых форм работы и идей, троцкисты не могут не считаться с тем, что отход от теории «перманен­тной революции» грозил бы подрывом идеологии и прак­тики троцкизма в целом. Поэтому, стремясь к обновлению троцкистской теории, они неизменно подчеркивают и свою приверженность троцкизму 20—30-х годов. Вот как это делают австралийские сторонники «объединенного секретариата IV Интернационала»: «В течение уже неко­торого времени мы не называем себя троцкистами . Мы чаще всего не употребляем этот термин (троцкизм.— Н. В.) в своей печати. Но он остается частью нас самих по одной очень важной причине. Эта причина — вклад Троцкого в марксизм. Мы не собираемся отвергать или забывать, каким он был великим революционером. Мы будем продолжать изучать его достижения».

Однако современные троцкисты далеко не всегда изучают именно достижения Троцкого как революционе­ра, снискавшие ему похвалы Ленина и уважение в пар­тии и Коминтерне. Как правило, они тяготеют к опоре на тот его опыт, который лучше бы не ворошить, целиком

оставив прошлому. Они упорно держатся за ключевое по­ложение теории «перманентной революции» о невозмож­ности революций и построения социализма в отдельных странах.

Непоследовательной является реакция троцкистов па перестройку в СССР. На словах—они за перемены, хо­тя и вкладывают в них свое содержание, подразумевая под перестройкой осуществление тезиса Троцкого о «по­литической революции» в СССР. На деле же — пропове­дуют идеи о том, что осуществятся реформы или нет, со­ветский режим будто бы останется враждебным трудя­щимся массам.

Взаимоисключающими выглядят заявления троцкис­тов и по поводу решения главного глобального вопроса современности — предотвращения мировой термоядер­ной войны. Они выступают за сохранение мира, но «ре­волюционными средствами». Отсюда политика мирного сосуществования квалифицируется ими как «сговор» сверх держав, «уступка» мировому империализму, а борь­ба за разоружение— как «мелкобуржуазный пацифизм».


Страница: