Постюгославское пространство проблемы, вызовы
Рефераты >> Международные отношения >> Постюгославское пространство проблемы, вызовы

Брионские соглашения, а затем решение о выводе частей Югославской народной армии (ЮНА) с территории Словении в республике восприняли как фактическое признание ее независимости и суверенитета, они трактовались как победа ее политики. Эйфория от «военного успеха» сделала трещину в казавшемся ранее незыблемом единстве коалиции правящих партий Демократиче­ской оппозиции Словении (ДЕМОС). Более активно и наступательно повели себя министры обороны, внутренних и иностранных дел, откровенно заявившие о своих претензиях на власть.

§ 2. Боевые действия на территории Хорватии

Не менее популярными идеи обретения государственного суверенитета и независимости были в Хорватии. До недавнего времени ее руководство отстаивало вариант превращения Югославии в союз суверенных государств. Однако дальнейший ход событий, когда эпицентр, югославского кризиса переместился в сферу сербскохорватских отношений, внес определенные коррективы в позицию Хорватии. Причина этого — резкое, вплоть до военных столкновений, обострение вопроса о сербах, компактно проживающих в этой республике и заявивших о своей автономии, а следовательно, и проблемы внутренних границ[43].

Действия Хорватии по достижению самостоятельности сопровождались противодействием со стороны сербского населения республики. В война здесь приобрела характер столкновения между желавшим остаться в составе Югославии сербским населением, на стороне которого были солдаты ЮНА, и хорватскими вооруженными частями, стремившимися воспрепятствовать отделению части территории республики[44].

Начавшиеся весной 1991 стычки сербских отрядов территориальной самообороны с хорватской полицией и военными формированиями уже в конце августа переросли в крупномасштабный вооруженный конфликт.

Вооруженные столкновения между хорватскими военизированными формированиями и отрядами сербов приобрели, несмотря на неоднократно принимавшиеся соглашения о прекращении огня, характер затяжных боевых действий, ежедневно приносивших все новые и новые жертвы. Части ЮНА, призванные создать буферную зону в кризисных районах, сами оказались втянутыми в конфликт.

В таких условиях, естественно, изменился подход Хорватии к будущему устройству Югославии. В Загребе перестали говорить о союзе суверенных государств, и заявили о полной независимости республики.

Хорватское руководство ужесточило и подход к разрешению кризиса. Оно потребовало полностью вывести части ЮНА с территории республики, оставив в распоряжении властей оружие, боевую технику и военные объекты. Были предприняты попытки «парализовать» работу федеральных органов: депутаты республики сразу же по принятии декларации о независимости Хорватии были отозваны из югославского парламента. Такие же действия были совершены и в отношении представителей республики в союзном правительстве и дипломатических представительствах за рубежом[45].

Хорватия, как и Словения, сразу стала добиваться интернационализации конфликта, поддержки международного общественного мнения, объявив себя жертвой агрессии «сербокоммунистической союзной армии» и сербских военизированных формирований, поддерживаемых Сербией. Сербские же власти заявляли, что их республика не находится в состоянии войны, а конфликт возник между хорватскими властями и сербским населением Хорватии[46].

Вспыхнувшие в Хорватии этнические конфликты, охватили районы с преимущественным или преобладающим сербским населением. Помимо Сербской Краины (г.Книн) конфликты возникли в восточной части Славонии, Баранье и Западном Среме (исторические и географические названия частей территории Хорватии), где образовалась вторая Сербская автономная область (центр — г. Вараждин). Отказ хорватского руководства от предоставления этим областям автономии, которая гарантировала бы их права, создал конфронтационную ситуацию. Посылка туда хорватских войск и националистических добровольческих отрядов привела к кровопролитию и антисербским эксцессам. В ответ возникли сербские отряды самообороны. Вину за начавшуюся гражданскую войну хорватские власти постарались возложить на Сербию. Руководство последней не стояло, естественно, в стороне и оказывало поддержку сербским силам, как в Хорватии, так и в Боснии и Герцеговине. Впрочем, его действия в этом плане практически ничем не отличались от мер хорватского руководства в поддержку хорватских сил в Боснии и Герцеговине.

Действия югославской армии, вовлеченной в вспыхнувшую гражданскую войну, носили двоякий характер. С одной стороны, она выполняла указания федеральных властей по обеспечению контроля за государственными границами страны. С другой старалась разъединить враждующие стороны: борющиеся хорватские формирования, отряды сербской самообороны, добровольцев. ЮНА не ставила перед собой стратегических целей, вроде похода на Загреб, о чем постоянно говорила хорватская сторона, обвиняя ее и Сербию в агрессии. Военные столкновения охватили именно те районы Хорватии, где проживало сербские население. Как раз эти районы и подверглись разрушениям (например, районы городов Вараждин и Осиек), а их население понесло значительные жертвы, причем пострадали не только сербы, но и хорваты. Несомненно, однако, что без участия частей ЮНА число жертв этногражданской войны было бы гораздо большим. Потери всех конфликтующих сторон составили по разным подсчетам от 10 до 30 тыс. убитыми, огромное количество раненых (число убитых и раненых обычно соотносится как 1: 5), насчитывалось также более 500 тыс. сербских и хорватских беженцев, большинство из которых лишились всего своего имущества, а многие — и своих близких[47].

Факты свидетельствуют о том, что было бы несправедливо возлагать всю вину на одну лишь сербскую сторону, а, в хорватской видеть только невинную жертву. Между тем именно так стала изображать дело практически с самого начала значительная часть западных средств массовой информации. В этом, собственно, и состояла хорватская стратегия[48]. Отказывая сербскому населению в тех правах, которых Хорватия добивалась для себя, а затем, становясь в позу жертвы сербской агрессии, хорватская сторона многими действиями — блокадой казарм, нападением на мелкие подразделения, гонениями сербского населения и т. д. — сознательно провоцировала ответную реакцию федеральной армии. Целью таких действий было стремление добиться международного признания Хорватии как независимого государства. Вторым шагом в этом стратегическом замысле являлось использование международного признания как мощного инструмента принуждения, способного заставить федеральную армию очистить контролируемую ею территорию (до трети общей площади Хорватии). В целом такая линия была направлена на интернационализацию югославского кризиса, на использование внешних сил, готовых поддержать Хорватию в ее борьбе против Сербии и остатков югославской федерации[49].

Особой одиозностью отличались действия хорватского представителя в Президиуме СФРЮ С. Месича. Когда этот орган в августе 1991 г. принял решение о создании комиссии, которая совместно с хорватскими властями должна была добиться прекращения огня, С. Месич обратился к хорватскому парламенту — Сабору — с призывом не признавать эту комиссию, а Сербию объявить агрессором. Его деятельность продолжалась до тех пор, пока в начале декабря 1991 г. Хорватия не приняла решения выйти из федеральных органов. Возвратившись в Загреб, С. Месич заявил: «Спасибо за оказанное мне доверие бороться за интересы Хорватии на том участке, который был мне поручен. Думаю, я выполнил задание — Югославии больше нет»[50].


Страница: